Почерковедческая экспертиза - Юрист ННов

Перейти к содержимому

Главное меню

Почерковедческая экспертиза

Полезная информация

ОСОБЕННОСТИ ПОЧЕРКОВЕДЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ В РОССИИ


   Основополагающей практической задачей экспертов-почерковедов является идентификация личности исполнителя конкретного рукописного текста и подписи. Установление подлинности подписи, то есть факта выполнения ее тем лицом, всегда имело очень большое значение в правоприменительной практике. Но в последние десятилетия в связи с изменениями в экономике этот вопрос в России приобретает особую актуальность. Выявление факта подделки подписи может привести к возбуждению уголовного дела и в последующем к наказанию виновных в совершении преступления лиц, а в гражданском судопроизводстве может сыграть важную роль в установлении истины в споре. Решением идентификационных вопросов изо дня в день занимаются эксперты-почерковеды различных экспертных учреждений России. При этом судебные эксперты в России опираются на теорию судебно-почерковедческой идентификации и научную методику, созданную в 60 - 70-е годы XX века.
   История российского почерковедения имеет глубокие корни и основывается на трудах великих российских криминалистов, таких как Е.Ф. Буринский (автор термина "судебное почерковедение"), С.М. Потапов, А.И. Винберг, Н.В. Терзиев и многие другие. Но только в 1967 г. в первом выпуске Трудов ЦНИИСЭ под редакцией А.Р. Шляхова была опубликована обобщающая систематизирующая накопленный материал работа почерковедов А.И. Манцветовой и В.Ф. Орловой, а также физиолога И.А. Славуцкой "Теоретические основы судебного почерковедения" Так, в монографии В.Ф. Орловой (ведущего специалиста в области судебного почерковедения в России, основоположника теории идентификации почерка) "Теория судебно-почерковедческой идентификации" содержится весь эмпирический и экспериментальный материал, накопленный экспертами, что в сочетании с глубоким историческим анализом предмета позволяет ответить на вопросы теории судебно-почерковедческой идентификации от сведений о функциональной системе и узловых механизмах процесса письма до вопроса достоверности судебно-почерковедческой идентификации. Создание научной базы позволило сформировать в России профессиональную экспертную школу, которая и сегодня является основной для подготовки профессионалов-почерковедов.
   С развитием международных связей в разных странах мира специалистам в области почерковедения (в некоторых это эксперты-графологи) все чаще приходится сталкиваться с проблемой исследования рукописных текстов или подписей, выполненных на иностранном языке, незнакомой письменностью. Ряд экспертов уже высказали свою позицию по этому поводу.
   В частности, С. Миттал и В. Сехгал пришли к выводу, что "экспертам, не знающим языка, обычно следует избегать давать заключение, поскольку сравнивают подобное с подобным. При незнакомой письменности задачи сравнения приобретают особую сложность в отношении выявления одинаковых букв и слов из-за многообразия индивидуальных навыков упрощения и видоизменения. Даже стандартные прописи не дают различных упрощенных и видоизмененных начертаний букв в их начальном, среднем и конечном положениях в языке. В такой ситуации изучение способа выполнения букв и фиксация характера и масштабов естественных вариаций для той или иной буквы становятся весьма затруднительными. Одно дело - найти букву и сравнить ее, но совершенно другое дело - оценить характер и масштабы естественных вариаций для той или иной буквы в тексте, выполненном незнакомой письменностью..." - пишут исследователи, тем не менее демократично предлагая в каждом конкретном случае решать вопрос об исследовании рукописи на иностранном языке самому эксперту. При этом авторы отмечают, что, по их мнению, к проведению исследования всегда следует привлекать лингвиста и, при необходимости, должен существовать механизм получения регулярной помощи от экспертов, знающих данные виды письменности.
Ответ на аналогичный вопрос когда-то был дан известным советским ученым А.Р. Лурией в работе "Очерки психофизиологии письма".
   Таким образом, мы находим ответ на поставленный вопрос на психофизиологическом уровне, и он свидетельствует, что только владеющий русским языком специалист может правильно понять и оценить рукописные материалы на русском языке.
Однако нельзя не согласиться и с позицией зарубежных исследователей, которые предлагают в каждом конкретном случае эксперту самому решать задачу. В России существует понятие частной экспертной методики, которая также может быть результатом конкретного научного изыскания, но при этом выводы эксперт чаще всего делает в вероятностной форме. При таком подходе, на наш взгляд, иностранным экспертом может быть исследован рукописный текст на русском языке (без переводчика или с ним), если выводы будут сделаны лишь в предположительной форме.
   Теперь обратимся к проблеме исследования иностранным экспертом не рукописного текста, исполненного на русском языке, а "русской подписи".
   Подпись в отечественной криминалистической литературе определяется как "особый вид рукописи, отражающий фамилию (иногда и имя, отчество) лица в виде букв или условных письменных знаков и имеющий удостоверительное назначение", или как "рукопись, выступающая в качестве личного (удостоверительного) знака ее исполнителя или рассматриваемая как таковая" . Таким образом, становится понятно, что подпись является вторичной по отношению к почерку, или последующей графической программой, реализуемой с помощью системы движений. Это подтверждается возрастными периодами формирования подписи, более поздними, чем формирование почерка. Для экспертов подпись представляет наиболее сложный объект криминалистического исследования в силу своей краткости.
Именно поэтому следует отдельно рассмотреть вопрос об исследовании "русской подписи" иностранным экспертом. При этом необходимо уточнить, что имеется в виду подпись, которая выполняется лицом, обучавшимся по русским прописям, имеющим скорописный вариант почерка на данном языке и сформировавшим свою подпись на основе такого навыка. То есть наличие у лица "русской подписи" (предложенный нами термин удобен, но, конечно же, условен) не обозначает его национальную принадлежность. Гражданин любой национальности, для которого русский язык был родным (или одним из родных языков) и который формировал свою подпись как личный удостоверительный знак на основе русской письменности, может иметь "русскую подпись".
   Этот вопрос ранее не являлся предметом исследования ученых-почерковедов России, однако в последние десятилетия он становится не просто интересным, но актуальным и злободневным.
   Миграция в другие регионы лиц, получивших первичное обучение письму по русским прописям, для которых русский язык является родным, стала обычным явлением, и сегодня наши соотечественники живут во многих странах мира. Появилось даже такое понятие, как "русские" грузины, армяне, евреи и т.д. На протяжении многих десятилетий проживавшие на территории СССР люди различных национальностей были объединены одной письменностью и впитывали особенности ее культуры. Именно поэтому в настоящее время многочисленные "русские", живущие в разных странах мира, в своих личных подписях отражают всю историческую и социопсихологическую составляющие развития "русской подписи".
Автором статьи совместно с Д.О. Цыпкиным, руководителем лаборатории кодикологических исследований и научно-технической экспертизы документов отдела рукописей Российской национальной библиотеки (г. Санкт-Петербург), была проведена работа по определению основных этапов развития "русской подписи". При этом история подписи рассматривалась прежде всего с точки зрения задач почерковедческая экспертиза и статистического анализа современной "русской подписи" в процессе ее развития и изменения. Наш первый опыт в мировой и отечественной палеографии и почерковедении социокультурного анализа "русской подписи" показал тесную связь изменений в культурной и политической жизни страны с массовым изменением подписи. Приведем краткие результаты этой большой исследовательской работы.
   В качестве источников исторической части работы были использованы опубликованные факсимильные воспроизведения и фотографии древнерусских актов и грамот XIII - XVII вв. и имеющиеся на них подписи, материалы актовых и книжных фондов. Были привлечены опубликованные и неопубликованные западноевропейские и греческие документы XIV - XVII вв. Для периода XVIII - XIX и XX вв. - опубликованные воспроизведения рукописей государственных и общественных деятелей, писателей, а также несколько тысяч подписей, находившихся в книгах записей посетителей и в личных делах сотрудников Российской национальной библиотеки.
   Исследование подписей периода 40-х и 90-х годов XX в. проводилось на базе архивных материалов органов внутренних дел, по документам, поступавшим на исследование в органы внутренних дел, и материалам, опубликованным в различных печатных изданиях, а также по спискам избирателей по избирательному участку одного из районов Санкт-Петербурга.
Применительно к истории письма подписи в виде собственноручной заверительной записи с указанием имени писавшего встречаются на документах начиная с XI - XII вв., но наиболее массово в рамках скорописных индивидуальных почерков - только с конца XVII в., когда в них начинает прослеживаться графический образ-рисунок.
   В результате проведенного исследования были выделены основные четыре (наиболее общие) этапа исторического развития "русской подписи".
   Первый этап: XII - XVI вв. (уставное и полууставное письмо). В этот период можно говорить лишь о формальном существовании подписи. Записи, удостоверяющие личность на документах, по своему строению не отличаются от письма самих документов. В этом случае правильнее говорить не о подписи, а о собственноручной удостоверительной записи.
Второй этап: конец XVII - первая половина XVIII в. В этот период, когда получило свое развитие скорописное письмо, достаточно массово встречаются подписи, в которых отображаются стабильно графические особенности. Подписи выполняются полной буквенной транскрипцией (т.е. состоят из буквенных обозначений фамилий), в их заключительных частях имеются росчерки в виде простых дуговых, петлевых элементов или конструктивно сложных систем элементов.
   Третий этап: 2-я половина XVIII - XIX и начало XX века. Этот период можно назвать Золотым веком "русской подписи". Он характеризуется большим разнообразием "русских подписей", содержащих полную буквенную транскрипцию фамилии и росчерки различных видов - от простых до усложненных, с большим количеством движений. При этом росчерки являются строго заключительной частью подписи и располагаются слева или справа, снизу от нее, не закрывая содержательной.
   Четвертый этап начался в 20-е годы XX века. Он характеризуется тем, что в послереволюционный период появляются подписи в виде сокращенных вариантов фамилий. Вначале это сокращения только на одну-две последние буквы. Эти подписи состоят из начальных букв фамилий и кратких, простых по конфигурации росчерков. Далее, уже в 40-е и последующие годы прошлого века, появляются подписи в виде аббревиатур, содержащие монограммы из первых букв фамилии, имени, отчества, и подписи, состоящие из нечитаемых штрихов и элементов без оформленных букв ("безбуквенные" подписи). К этому времени филологическое понятие слова "подпись" по В.И. Далю уже не отвечало действительности.
Исследование подписей показало, что начиная с 20-х и в продолжение - в 40-х годах XX века в России наблюдается выраженное изменение отношения граждан к своей фамилии, происходит ее обезличивание. При этом прослеживается последовательный, целенаправленный уход от письменной самоидентификации (опознания по фамилии) через подпись, а позднее - понижение ответственности и уничтожение стратиграфии и преобладание вместо письменных обозначений логотипов. Не случайно в криминалистической литературе 60-х годов XX века появилась характеристика подписи как удостоверительного знака.

Продожение статьи Часть №2 "Особенности почерковедческой экспертизы в России № 2"

( статья предоставлена Институтом судебных экспертиз и криминалистики)


Назад к содержимому | Назад к главному меню